욥기 29장

وعاد ايوب ينطق بمثله فقال

И продолжал Иов возвышенную речь свою и сказал:

Job prit de nouveau la parole sous forme sentencieuse et dit:

يا ليتني كما في الشهور السالفة وكالايام التي حفظني الله فيها

о, если бы я был, как в прежние месяцы, как в те дни, когда Бог хранил меня,

Oh! que ne puis-je être comme aux mois du passé, Comme aux jours où Dieu me gardait,

حين اضاء سراجه على راسي وبنوره سلكت الظلمة.

когда светильник Его светил над головою моею, и я при свете Его ходил среди тьмы;

Quand sa lampe brillait sur ma tête, Et que sa lumière me guidait dans les ténèbres!

كما كنت في ايام خريفي ورضا الله على خيمتي

как был я во дни молодости моей, когда милость Божия была над шатром моим,

Que ne suis-je comme aux jours de ma vigueur, Où Dieu veillait en ami sur ma tente,

والقدير بعد معي وحولي غلماني

когда еще Вседержитель был со мною, и дети мои вокруг меня,

Quand le Tout Puissant était encore avec moi, Et que mes enfants m'entouraient;

اذ غسلت خطواتي باللبن والصخر سكب لي جداول زيت

когда пути мои обливались молоком, и скала источала для меня ручьи елея!

Quand mes pieds se baignaient dans la crème Et que le rocher répandait près de moi des ruisseaux d'huile!

حين كنت اخرج الى الباب في القرية واهيّئ في الساحة مجلسي.

когда я выходил к воротам города и на площади ставил седалищесвое, –

Si je sortais pour aller à la porte de la ville, Et si je me faisais préparer un siège dans la place,

رآني الغلمان فاختبأوا والاشياخ قاموا ووقفوا.

юноши, увидев меня, прятались, а старцы вставали и стояли;

Les jeunes gens se retiraient à mon approche, Les vieillards se levaient et se tenaient debout.

العظماء امسكوا عن الكلام ووضعوا ايديهم على افواههم.

князья удерживались от речи и персты полагали на уста свои;

Les princes arrêtaient leurs discours, Et mettaient la main sur leur bouche;

صوت الشرفاء اختفى ولصقت ألسنتهم باحناكهم.

голос знатных умолкал, и язык их прилипал к гортани их.

La voix des chefs se taisait, Et leur langue s'attachait à leur palais.

لان الاذن سمعت فطوّبتني والعين رأت فشهدت لي.

Ухо, слышавшее меня, ублажало меня; око видевшее восхваляло меня,

L'oreille qui m'entendait me disait heureux, L'oeil qui me voyait me rendait témoignage;

لاني انقذت المسكين المستغيث واليتيم ولا معين له.

потому что я спасал страдальца вопиющего и сироту беспомощного.

Car je sauvais le pauvre qui implorait du secours, Et l'orphelin qui manquait d'appui.

بركة الهالك حلت عليّ وجعلت قلب الارملة يسرّ.

Благословение погибавшего приходило на меня, и сердцу вдовы доставлял я радость.

La bénédiction du malheureux venait sur moi; Je remplissais de joie le coeur de la veuve.

لبست البر فكساني. كجبّة وعمامة كان عدلي.

Я облекался в правду, и суд мой одевал меня, как мантия и увясло.

Je me revêtais de la justice et je lui servais de vêtement, J'avais ma droiture pour manteau et pour turban.

كنت عيونا للعمي وارجلا للعرج.

Я был глазами слепому и ногами хромому;

J'étais l'oeil de l'aveugle Et le pied du boiteux.

اب انا للفقراء ودعوى لم اعرفها فحصت عنها.

отцом был я для нищих и тяжбу, которой я не знал, разбирал внимательно.

J'étais le père des misérables, J'examinais la cause de l'inconnu;

هشمت اضراس الظالم ومن بين اسنانه خطفت الفريسة.

Сокрушал я беззаконному челюсти и из зубов его исторгал похищенное.

Je brisais la mâchoire de l'injuste, Et j'arrachais de ses dents la proie.

فقلت اني في وكري اسلم الروح ومثل السمندل اكثر اياما.

И говорил я: в гнезде моем скончаюсь, и дни мои будут многи, как песок;

Alors je disais: Je mourrai dans mon nid, Mes jours seront abondants comme le sable;

أصلي كان منبسطا الى المياه والطل بات على اغصاني.

корень мой открыт для воды, и роса ночует на ветвях моих;

L'eau pénétrera dans mes racines, La rosée passera la nuit sur mes branches;

كرامتي بقيت حديثة عندي وقوسي تجددت في يدي.

слава моя не стареет, лук мой крепок в руке моей.

Ma gloire reverdira sans cesse, Et mon arc rajeunira dans ma main.

لي سمعوا وانتظروا ونصتوا عند مشورتي.

Внимали мне и ожидали, и безмолвствовали при совете моем.

On m'écoutait et l'on restait dans l'attente, On gardait le silence devant mes conseils.

بعد كلامي لم يثنّوا وقولي قطر عليهم.

После слов моих уже не рассуждали; речь моя капала на них.

Après mes discours, nul ne répliquait, Et ma parole était pour tous une bienfaisante rosée;

وانتظروني مثل المطر وفغروا افواههم كما للمطر المتأخر.

Ждали меня, как дождя, и, как дождю позднему, открывали уста свои.

Ils comptaient sur moi comme sur la pluie, Ils ouvraient la bouche comme pour une pluie du printemps.

ان ضحكت عليم لم يصدقوا ونور وجهي لم يعبسوا.

Бывало, улыбнусь им – они не верят; и света лица моего они не помрачали.

Je leur souriais quand ils perdaient courage, Et l'on ne pouvait chasser la sérénité de mon front.

كنت اختار طريقهم واجلس راسا واسكن كملك في جيش كمن يعزي النائحين

Я назначал пути им и сидел во главе и жил как царь в кругу воинов, как утешитель плачущих.

J'aimais à aller vers eux, et je m'asseyais à leur tête; J'étais comme un roi au milieu d'une troupe, Comme un consolateur auprès des affligés.