Genesis 40
Genesis 40Versions (up to 4)
Book
Chapter
-
1
После сего виночерпий царя Египетского и хлебодар провинились пред господином своим, царем Египетским.
And it came to pass after these things, that the butler of the king of Egypt and his baker had offended their lord the king of Egypt.
Après ces choses, il arriva que l'échanson et le panetier du roi d'Égypte, offensèrent leur maître, le roi d'Égypte.
그 후에 애굽 왕의 술 맡은 자와 떡굽는 자가 그 주 애굽 왕에게 범죄한지라
-
2
И прогневался фараон на двух царедворцев своих, на главного виночерпия и на главного хлебодара,
And Pharaoh was wroth against two of his officers, against the chief of the butlers, and against the chief of the bakers.
Pharaon fut irrité contre ses deux officiers, le chef des échansons et le chef des panetiers.
바로가 그 두 관원장 곧 술 맡은 관원장과 떡 굽는 관원장에게 노하여
-
3
и отдал их под стражу в дом начальника телохранителей, в темницу, в место, где заключен был Иосиф.
And he put them in ward in the house of the captain of the guard, into the prison, the place where Joseph was bound.
Et il les fit mettre dans la maison du chef des gardes, dans la prison, dans le lieu où Joseph était enfermé.
그들을 시위대장의 집 안에 있는 옥에 가두니 곧 요셉의 갇힌 곳이라
-
4
Начальник телохранителей приставил к ним Иосифа, и он служил им. И пробыли они подстражею несколько времени.
And the captain of the guard charged Joseph with them, and he served them: and they continued a season in ward.
Le chef des gardes les plaça sous la surveillance de Joseph, qui faisait le service auprès d'eux; et ils passèrent un certain temps en prison.
시위대장이 요셉으로 그들에게 수종하게 하매 요셉이 그들을 섬겼더라 그들이 갇힌지 수일이라
-
5
Однажды виночерпию и хлебодару царя Египетского, заключенным в темнице, виделись сны, каждому свой сон, обоим в одну ночь, каждому сон особенного значения.
And they dreamed a dream both of them, each man his dream in one night, each man according to the interpretation of his dream, the butler and the baker of the king of Egypt, which were bound in the prison.
Pendant une même nuit, l'échanson et le panetier du roi d'Égypte, qui étaient enfermés dans la prison, eurent tous les deux un songe, chacun le sien, pouvant recevoir une explication distincte.
옥에 갇힌 애굽 왕의 술 맡은 자와 떡 굽는 자 두 사람이 하룻밤에 꿈을 꾸니 각기 몽조가 다르더라
-
6
И пришел к ним Иосиф поутру, увидел их, и вот, они в смущении.
And Joseph came in unto them in the morning, and looked upon them, and, behold, they were sad.
Joseph, étant venu le matin vers eux, les regarda; et voici, ils étaient tristes.
아침에 요셉이 들어가 보니 그들에게 근심 빛이 있는지라
-
7
И спросил он царедворцев фараоновых, находившихся с ним в доме господина его под стражею, говоря: отчего у вас сегодня печальные лица?
And he asked Pharaoh's officers that were with him in the ward of his lord's house, saying, Wherefore look ye so sadly to day?
Alors il questionna les officiers de Pharaon, qui étaient avec lui dans la prison de son maître, et il leur dit: Pourquoi avez-vous mauvais visage aujourd'hui?
요셉이 그 주인의 집에 자기와 함께 갇힌 바로의 관원장에게 묻되 당신들이 오늘 어찌하여 근심 빛이 있나이까
-
8
Они сказали ему: нам виделись сны; а истолковать их некому. Иосифсказал им: не от Бога ли истолкования? расскажите мне.
And they said unto him, We have dreamed a dream, and there is no interpreter of it. And Joseph said unto them, Do not interpretations belong to God? tell me them, I pray you.
Ils lui répondirent: Nous avons eu un songe, et il n'y a personne pour l'expliquer. Joseph leur dit: N'est-ce pas à Dieu qu'appartiennent les explications? Racontez-moi donc votre songe.
그들이 그에게 이르되 ‘우리가 꿈을 꾸었으나 이를 해석할 자가 없도다’ 요셉이 그들에게 이르되 ‘해석은 하나님께 있지 아니하나이까 청컨대 내게 고하소서’
-
9
И рассказал главный виночерпий Иосифу сон свой и сказал ему: мне снилось, вот виноградная лоза предо мною;
And the chief butler told his dream to Joseph, and said to him, In my dream, behold, a vine was before me;
Le chef des échansons raconta son songe à Joseph, et lui dit: Dans mon songe, voici, il y avait un cep devant moi.
술 맡은 관원장이 그 꿈을 요셉에게 말하여 가로되 ‘내가 꿈에 보니 내 앞에 포도나무가 있는데
-
10
на лозе три ветви; она развилась, показался на ней цвет, вырослии созрели на ней ягоды;
And in the vine were three branches: and it was as though it budded, and her blossoms shot forth; and the clusters thereof brought forth ripe grapes:
Ce cep avait trois sarments. Quand il eut poussé, sa fleur se développa et ses grappes donnèrent des raisins mûrs.
그 나무에 세 가지가 있고 싹이 나서 꽃이 피고 포도송이가 익었고
-
11
и чаша фараонова в руке у меня; я взял ягод, выжал их в чашу фараонову и подал чашу в руку фараону.
And Pharaoh's cup was in my hand: and I took the grapes, and pressed them into Pharaoh's cup, and I gave the cup into Pharaoh's hand.
La coupe de Pharaon était dans ma main. Je pris les raisins, je les pressai dans la coupe de Pharaon, et je mis la coupe dans la main de Pharaon.
내 손에 바로의 잔이 있기로 내가 포도를 따서 그 즙을 바로의 잔에 짜서 그 잔을 바로의 손에 드렸노라’
-
12
И сказал ему Иосиф: вот истолкование его: три ветви – это три дня;
And Joseph said unto him, This is the interpretation of it: The three branches are three days:
Joseph lui dit: En voici l'explication. Les trois sarments sont trois jours.
요셉이 그에게 이르되 ‘그 해석이 이러하니 세 가지는 사흘이라
-
13
через три дня фараон вознесет главу твою и возвратит тебя на место твое, и ты подашь чашу фараонову в руку его, по прежнему обыкновению, когда ты был у него виночерпием;
Yet within three days shall Pharaoh lift up thine head, and restore thee unto thy place: and thou shalt deliver Pharaoh's cup into his hand, after the former manner when thou wast his butler.
Encore trois jours, et Pharaon relèvera ta tête et te rétablira dans ta charge; tu mettras la coupe dans la main de Pharaon, comme tu en avais l'habitude lorsque tu étais son échanson.
지금부터 사흘 안에 바로가 당신의 머리를 들고 당신의 전직을 회복하리니 당신이 이왕에 술 맡은 자가 되었을 때에 하던것 같이 바로의 잔을 그 손에 받들게 되리이다
-
14
вспомни же меня, когда хорошо тебе будет, и сделай мне благодеяние, и упомяни обо мне фараону, и выведи меня из этого дома,
But think on me when it shall be well with thee, and shew kindness, I pray thee, unto me, and make mention of me unto Pharaoh, and bring me out of this house:
Mais souviens-toi de moi, quand tu seras heureux, et montre, je te prie, de la bonté à mon égard; parle en ma faveur à Pharaon, et fais-moi sortir de cette maison.
당신이 득의하거든 나를 생각하고 내게 은혜를 베풀어서 내 사정을 바로에게 고하여 이 집에서 나를 건져내소서
-
15
ибо я украден из земли Евреев; а также и здесь ничего не сделал, за что бы бросить меня в темницу.
For indeed I was stolen away out of the land of the Hebrews: and here also have I done nothing that they should put me into the dungeon.
Car j'ai été enlevé du pays des Hébreux, et ici même je n'ai rien fait pour être mis en prison.
나는 히브리 땅에서 끌려온 자요 여기서도 옥에 갇힐 일은 행치 아니하였나이다’
-
16
Главный хлебодар увидел, что истолковал он хорошо, и сказал Иосифу: мне также снилось: вот на голове у меня три корзины решетчатых;
When the chief baker saw that the interpretation was good, he said unto Joseph, I also was in my dream, and, behold, I had three white baskets on my head:
Le chef des panetiers, voyant que Joseph avait donné une explication favorable, dit: Voici, il y avait aussi, dans mon songe, trois corbeilles de pain blanc sur ma tête.
떡 굽는 관원장이 그 해석이 길함을 보고 요셉에게 이르되 ‘나도 꿈에 보니 흰 떡 세 광주리가 내 머리에 있고
-
17
в верхней корзине всякая пища фараонова, изделие пекаря, и птицы клевали ее из корзины на голове моей.
And in the uppermost basket there was of all manner of bakemeats for Pharaoh; and the birds did eat them out of the basket upon my head.
Dans la corbeille la plus élevée il y avait pour Pharaon des mets de toute espèce, cuits au four; et les oiseaux les mangeaient dans la corbeille au-dessus de ma tête.
그 윗광주리에 바로를 위하여 만든 각종 구운 식물이 있는데 새들이 내 머리의 광주리에서 그것을 먹더라’
-
18
И отвечал Иосиф и сказал: вот истолкование его: три корзины – этотри дня;
And Joseph answered and said, This is the interpretation thereof: The three baskets are three days:
Joseph répondit, et dit: En voici l'explication. Les trois corbeilles sont trois jours.
요셉이 대답하여 가로되 ‘그 해석은 이러하니 세 광주리는 사흘이라
-
19
через три дня фараон снимет с тебя голову твою и повесит тебя надереве, и птицы будут клевать плоть твою с тебя.
Yet within three days shall Pharaoh lift up thy head from off thee, and shall hang thee on a tree; and the birds shall eat thy flesh from off thee.
Encore trois jours, et Pharaon enlèvera ta tête de dessus toi, te fera pendre à un bois, et les oiseaux mangeront ta chair.
지금부터 사흘 안에 바로가 당신의 머리를 끊고 당신을 나무에 달리니 새들이 당신의 고기를 뜯어 먹으리이다’ 하더니
-
20
На третий день, день рождения фараонова, сделал он пир для всех слуг своих и вспомнил о главном виночерпии и главном хлебодаре среди слуг своих;
And it came to pass the third day, which was Pharaoh's birthday, that he made a feast unto all his servants: and he lifted up the head of the chief butler and of the chief baker among his servants.
Le troisième jour, jour de la naissance de Pharaon, il fit un festin à tous ses serviteurs; et il éleva la tête du chef des échansons et la tête du chef des panetiers, au milieu de ses serviteurs:
제 삼일은 바로의 탄일이라 바로가 모든 신하를 위하여 잔치할때에 술 맡은 관원장과 떡 굽는 관원장으로 머리를 그 신하 중에 들게 하니라
-
21
и возвратил главного виночерпия на прежнее место, и он подал чашу в руку фараону,
And he restored the chief butler unto his butlership again; and he gave the cup into Pharaoh's hand:
il rétablit le chef des échansons dans sa charge d'échanson, pour qu'il mît la coupe dans la main de Pharaon;
바로의 술 맡은 관원장은 전직을 회복하매 그가 잔을 바로의 손에 받들어 드렸고
-
22
а главного хлебодара повесил, как истолковал им Иосиф.
But he hanged the chief baker: as Joseph had interpreted to them.
mais il fit pendre le chef des panetiers, selon l'explication que Joseph leur avait donnée.
떡 굽는 관원장은 매여 달리니 요셉이 그들에게 해석함과 같이 되었으나
-
23
И не вспомнил главный виночерпий об Иосифе, но забыл его.
Yet did not the chief butler remember Joseph, but forgat him.
Le chef des échansons ne pensa plus à Joseph. Il l'oublia.
술 맡은 관원장이 요셉을 기억지 않고 잊었더라