Job 30
Job 30Versions (up to 4)
Book
Chapter
-
1
Et maintenant!... je suis la risée de plus jeunes que moi, De ceux dont je dédaignais de mettre les pères Parmi les chiens de mon troupeau.
А ныне смеются надо мною младшие меня летами, те, которых отцов я не согласился быпоместить с псами стад моих.
But now they that are younger than I have me in derision, whose fathers I would have disdained to have set with the dogs of my flock.
-
2
Mais à quoi me servirait la force de leurs mains? Ils sont incapables d'atteindre la vieillesse.
И сила рук их к чему мне? Над ними уже прошло время.
Yea, whereto might the strength of their hands profit me, in whom old age was perished?
-
3
Desséchés par la misère et la faim, Ils fuient dans les lieux arides, Depuis longtemps abandonnés et déserts;
Бедностью и голодом истощенные, они убегают в степь безводную, мрачную и опустевшую;
For want and famine they were solitary; fleeing into the wilderness in former time desolate and waste.
-
4
Ils arrachent près des arbrisseaux les herbes sauvages, Et ils n'ont pour pain que la racine des genêts.
щиплют зелень подле кустов, и ягоды можжевельника – хлеб их.
Who cut up mallows by the bushes, and juniper roots for their meat.
-
5
On les chasse du milieu des hommes, On crie après eux comme après des voleurs.
Из общества изгоняют их, кричат на них, как на воров,
They were driven forth from among men, (they cried after them as after a thief;)
-
6
Ils habitent dans d'affreuses vallées, Dans les cavernes de la terre et dans les rochers;
чтобы жили они в рытвинах потоков, в ущельях земли и утесов.
To dwell in the cliffs of the valleys, in caves of the earth, and in the rocks.
-
7
Ils hurlent parmi les buissons, Ils se rassemblent sous les ronces.
Ревут между кустами, жмутся под терном.
Among the bushes they brayed; under the nettles they were gathered together.
-
8
Etres vils et méprisés, On les repousse du pays.
Люди отверженные, люди без имени, отребье земли!
They were children of fools, yea, children of base men: they were viler than the earth.
-
9
Et maintenant, je suis l'objet de leurs chansons, Je suis en butte à leurs propos.
Их-то сделался я ныне песнью и пищею разговора их.
And now am I their song, yea, I am their byword.
-
10
Ils ont horreur de moi, ils se détournent, Ils me crachent au visage.
Они гнушаются мною, удаляются от меня и не удерживаются плевать пред лицем моим.
They abhor me, they flee far from me, and spare not to spit in my face.
-
11
Ils n'ont plus de retenue et ils m'humilient, Ils rejettent tout frein devant moi.
Так как Он развязал повод мой и поразил меня, то они сбросили с себя узду пред лицем моим.
Because he hath loosed my cord, and afflicted me, they have also let loose the bridle before me.
-
12
Ces misérables se lèvent à ma droite et me poussent les pieds, Ils se fraient contre moi des sentiers pour ma ruine;
С правого боку встает это исчадие, сбивает меня с ног, направляет гибельные свои пути ко мне.
Upon my right hand rise the youth; they push away my feet, and they raise up against me the ways of their destruction.
-
13
Ils détruisent mon propre sentier et travaillent à ma perte, Eux à qui personne ne viendrait en aide;
А мою стезю испортили: все успели сделать к моейпогибели, не имея помощника.
They mar my path, they set forward my calamity, they have no helper.
-
14
Ils arrivent comme par une large brèche, Ils se précipitent sous les craquements.
Они пришли ко мне, как сквозь широкий пролом; с шумом бросились на меня.
They came upon me as a wide breaking in of waters: in the desolation they rolled themselves upon me.
-
15
Les terreurs m'assiègent; Ma gloire est emportée comme par le vent, Mon bonheur a passé comme un nuage.
Ужасы устремились на меня; как ветер, развеялось величие мое, и счастье мое унеслось, как облако.
Terrors are turned upon me: they pursue my soul as the wind: and my welfare passeth away as a cloud.
-
16
Et maintenant, mon âme s'épanche en mon sein, Les jours de la souffrance m'ont saisi.
И ныне изливается душа моя во мне: дни скорби объяли меня.
And now my soul is poured out upon me; the days of affliction have taken hold upon me.
-
17
La nuit me perce et m'arrache les os, La douleur qui me ronge ne se donne aucun repos,
Ночью ноют во мне кости мои, и жилы мои не имеютпокоя.
My bones are pierced in me in the night season: and my sinews take no rest.
-
18
Par la violence du mal mon vêtement perd sa forme, Il se colle à mon corps comme ma tunique.
С великим трудом снимается с меня одежда моя; края хитона моего жмут меня.
By the great force of my disease is my garment changed: it bindeth me about as the collar of my coat.
-
19
Dieu m'a jeté dans la boue, Et je ressemble à la poussière et à la cendre.
Он бросил меня в грязь, и я стал, как прах и пепел.
He hath cast me into the mire, and I am become like dust and ashes.
-
20
Je crie vers toi, et tu ne me réponds pas; Je me tiens debout, et tu me lances ton regard.
Я взываю к Тебе, и Ты не внимаешь мне, – стою, а Ты только смотришь на меня.
I cry unto thee, and thou dost not hear me: I stand up, and thou regardest me not.
-
21
Tu deviens cruel contre moi, Tu me combats avec la force de ta main.
Ты сделался жестоким ко мне, крепкою рукою враждуешь против меня.
Thou art become cruel to me: with thy strong hand thou opposest thyself against me.
-
22
Tu mu soulèves, tu mu fais voler au-dessus du vent, Et tu m'anéantis au bruit de la tempête.
Ты поднял меня и заставил меня носиться по ветру исокрушаешь меня.
Thou liftest me up to the wind; thou causest me to ride upon it, and dissolvest my substance.
-
23
Car, je le sais, tu me mènes à la mort, Au rendez-vous de tous les vivants.
Так, я знаю, что Ты приведешь меня к смерти и в дом собрания всех живущих.
For I know that thou wilt bring me to death, and to the house appointed for all living.
-
24
Mais celui qui va périr n'étend-il pas les mains? Celui qui est dans le malheur n'implore-t-il pas du secours?
Верно, Он не прострет руки Своей на дом костей: будут ли они кричатьпри своем разрушении?
Howbeit he will not stretch out his hand to the grave, though they cry in his destruction.
-
25
N'avais-je pas des larmes pour l'infortuné? Mon coeur n'avait-il pas pitié de l'indigent?
Не плакал ли я о том, кто был в горе? не скорбела ли душа моя о бедных?
Did not I weep for him that was in trouble? was not my soul grieved for the poor?
-
26
J'attendais le bonheur, et le malheur est arrivé; J'espérais la lumière, et les ténèbres sont venues.
Когда я чаял добра, пришло зло; когда ожидал света, пришла тьма.
When I looked for good, then evil came unto me: and when I waited for light, there came darkness.
-
27
Mes entrailles bouillonnent sans relâche, Les jours de la calamité m'ont surpris.
Мои внутренности кипят и не перестают; встретили меня дни печали.
My bowels boiled, and rested not: the days of affliction prevented me.
-
28
Je marche noirci, mais non par le soleil; Je me lève en pleine assemblée, et je crie.
Я хожу почернелый, но не от солнца; встаю в собрании и кричу.
I went mourning without the sun: I stood up, and I cried in the congregation.
-
29
Je suis devenu le frère des chacals, Le compagnon des autruches.
Я стал братом шакалам и другом страусам.
I am a brother to dragons, and a companion to owls.
-
30
Ma peau noircit et tombe, Mes os brûlent et se dessèchent.
Моя кожа почернела на мне, и кости мои обгорели от жара.
My skin is black upon me, and my bones are burned with heat.
-
31
Ma harpe n'est plus qu'un instrument de deuil, Et mon chalumeau ne peut rendre que des sons plaintifs.
И цитра моя сделалась унылою, и свирель моя – голосом плачевным.
My harp also is turned to mourning, and my organ into the voice of them that weep.